Основные черты внешней формы социального бытия

Исследование внутренней формы наказания показало, что, с философской точки зрения, внешней его формой должен стать сложноорганизованного социальный институт, который может иметь традиционное название – “пенитенциарная система”.

Этот институт, как система и организация, должен представлять собой такую ​​специфическую социальную формацию, в которой осуществление наказания продолжалось бы в русле философски определенных выше методологических принципов бытия наказание-исправления, которые являются его внутренней формой, а также его содержания и цели.

Исходя из этого, такой институт должен представлять собой достаточно обособленную часть социума и в то же время быть его составной как целостной системы и поэтому он должен диалектически связано, в частности с государством, а также с другими звеньями общества, которые имеют инструментарий влияния на нравственным состояние граждан и, в частности, девиантного личности. С этого закономерно следует, что пенитенциарная система должна состоять в наиболее сложных общественных иерархических систем.

Пользуясь итогам, сделанными в предыдущих частях работы, освещающие значительную роль государства, религии и наиболее действенных звеньев общества в исправлении девиантного личности, рассмотрим ниже роль этих главных социальных регуляторов в построении и функционировании внешней формы социального бытия процесса исправления.

Государство, как управленческая надстройка социума, представляет собой организованную совокупность специальных институтов, необходимость которых обусловлена ​​существованием разветвленной системы общественных потребностей. К ним относятся, например, потребности поддержания соответствующего экономического, культурного, научного, бытового уровня жизни населения, обеспечение стабильного и устойчивого развития социума, а также защиты общества от влияния внешних и внутренних деструктивных факторов.

По мнению современных отечественных и зарубежных философов, государственная защита общества от таких разрушительных факторов, главным образом, обеспечивается функционированием регулятива права [85, 179, 246], который поддерживает правопорядок, под которым, в свою очередь, современная гуманитарная наука понимает стабильно налажен состояние общественных отношений [43, 69, 75, 85, 102, 148, 157, 173, 246].

Как было определено в первом разделе, с философской точки зрения, право является производной от морали специфической государственной управленческой подструктурой. Оно включает в себя формальную систему общеобязательных нормативов поведения и правил взаимоотношений элементов общества, а также механизмы, которые позволяют контролировать выполнение ими декларируемых государством нормативных моделей общественных отношений. Формальные механизмы правового регулирования в том числе обеспечивают реакцию государства на противоправные, девиантные действия элементов общества как на деструктивные и опасные для существования установленных социальных связей. Одним из основных таких механизмов контроля за соблюдением социальных нормативов поведения граждан является принуждение, который в условиях выявления девиантного, преступной личностной деятельности предусматривает применение к такой личности специфических санкций.

Применительно к философского толкования наказания, правовое принуждение является по своему содержанию выражением справедливости, который:

Предусматривает создание специфических условий, которые делают невозможным выявление личностью девиантного – аморального и несправедливого отношения к окружающим,

Обеспечивает помещения соответствующей личности в эти условия.

Иными словами, справедливая исправительная (пенитенциарная) формация, которая стремится реализовать философски определенную цель наказания-исправление и стать его внешней социально-философской форме, неизбежно должна включать в свою структуру формальные правовые механизмы, а также специфические методы их реализации. Кроме этого отметим, что исходя из определенных в предыдущих разделах семи методологических принципов – внутренней формы наказания, правовая звено пенитенциарной системы должна справедливо и дифференцированно подходить к определению условий пребывания личности в таком институте.

Кроме этого важным для нашего анализа является то, что государство в социуме, который культивирует стремится культивировать нравственность, закономерно должна стремиться не столько к исключению из социума девиантного личности, сколько к реализации философского толкования наказания. Это объясняется тем, что его цель – создание для девиантного личности условий, при которых она могла бы усвоить нравственные императивы поведения – возникает в качестве основательным гарантии наиболее длительной безопасности граждан. Иными словами, в формальных функциях права и общества мы наблюдаем два мощных взаимопротивоположных вектора: с одной стороны – стремление к изоляции девиантного личности от общества, с другой – стремление к ее исправлению, превращение в активного субъекта социального взаимодействия и быстрого освобождения от правовых ограничений .

Исходя из этого мы считаем, что такой разновекторный характер действий государства (правовых и общественных ее составляющих), в случае его неблагоустройства в русле стратегической идеи, может негативно сказаться на процессе исправления девиантного личности. В связи с этим нам также видится справедливой позиция многих современных ученых о второстепенности цели исправления для правовых институтов, которая косвенным подтверждением наших суждений [48, 86, 166, 183, 198, 217]. Итак, вышеизложенное, а также сама цель рассматриваемого государственного регулятора, ясно свидетельствует об ограниченности правового инструментария по осуществления именно исправительного воздействия на нравственность девиантного личности. В свою очередь эта ограниченность обусловливает необходимость привлечения других имеющихся в государстве и внегосударственных институтов и структур, которые прямо или косвенно могут влиять на нравственной сфере личности. Среди таких государственных регуляторов государственных, прежде всего, следует назвать образование, различные организации культурного, художественного, просветительского и разрешительного направлений.

Вместе с этим мы полностью согласны с общественным мнением отечественных и зарубежных ученых и практиков, заботясь анализом модели пенитенциарной системы, доказывают, что одних лишь государственных мер недостаточно для достижения цели наказания-исправление [48, 56, 86, 166, 183, 217] . Учитывая взгляды философов античности, Возрождения, Просвещения, немецкой классической философии, и современности (в частности, Локка, Руссо, Гегеля, Бентама, Поппера, Тойнби, Хабермаса, Шинкарука, Пасько и др.) Мы считаем, что эта цель может быть реализована лишь при условий существования, и достаточно высокого уровня развития специфических отраслей так называемого “гражданского общества”, а также в условиях широкого привлечения его к процессу наказания. Заметим, что это в свою очередь, будет отвечать методологическом принципиальные необходимости комплексного воздействия на нравственные сферу девиантного личности [31, 32].

По мнению отечественных философов современности и, в частности И. Пасько, Я. Пасько, М. Сушинского, гражданское общество (а также его наиболее активная и влиятельная звено так называемый “третий сектор”) является целостной частью развитого общественной жизни, которая является относительно самостоятельной от государства и именно способна детерминировать функционирования государственных структур и институтов. Учеными отмечается, что эта сфера является одновременно уникальной системой взаимодействия людей, групп, слоев населения, взаемозбалансовуе векторы сил своих составляющих и направляется на поддержку в обществе и государстве гражданской свободы, возможности демократической социализации личности, а также на развитие общественной нравственности и ответственности [13 , 31, 32, 34, 93, 95, 112, 136, 144 – 147, 149, 185, 188, 194, 242].

Убедительная социально-философское обоснование необходимости привлечения общественных институтов, по нашему мнению, заключается в том, что исправление нравственной сферы девиантного личности не может протекать в условиях полной ее изоляции от среды, нравственного императивам которого она должна отвечать. При этом функция негосударственных организаций, и институтов, которые представляют собой определенную квинтэссенцию общественной нравственности, могут быть в целом указанные как: создание идеальной противовеса прошлом аморальным, антиобщественным субъективном опыту путем демонстрации и обучения личности противоположным моделям мышления, поведения и деятельности. Таким образом специфические отрасли гражданского общества будут органично дополнять формальные функции права.

Исходя из этого мы считаем, что гражданское общество путем деятельности культурных, художественных, просветительских, профессиональных, адаптационных, ресоциализацийних, социально-психологических, педагогических центров и других структур, которыми могут быть также различные комитете, союзы и ассоциации пенологичного направления, должно составлять негосударственную звено пенитенциарной системы. Благодаря тому, что гражданское общество объединяет в себя многочисленные социально-философские регуляторы (мораль, обычаи, традиции, искусство и т.д.), их совокупный влияние на нравственные сферу девиантного личности приведет к увеличению количественных характеристик исправления девиантного личности – изменения ее ценностной, потребностной сферы, развития интеллекта, поведения и деятельности в целом, которые должны привести к качественным нравственным изменений.

Следует также отметить, что некоторые современные практики в области права и деятели общественности высказывают подобные позиции – они справедливо считают, что степень включения негосударственных организаций в пенитенциарную систему определяет степень ее совершенства, а также культурности данного общества [31, 92, 166]. Исходя из такого видения, мы считаем необходимым уточнить и дополнительно акцентировать внимание на том, что система со слабым включением таких негосударственных структур вообще не может по определению, претендовать на название “пенитенциарной” [31].

Вместе с тем следует отметить, что исправление девиантного личности должно осуществляться не только за счет государственных звеньев и гражданского общества. Исследуя основы модели пенитенциарной системы – внешней формы, в которой должен реализовываться философски обоснованный смысл наказания, мы также полностью согласны с мнением классиков философии (Ф. Прокоповича, Сковороды, С. Франка), а также современных ученых и практиков (М. Фуко ) по весомой роли, которую должен играть в пенитенциарной системе институт религии [34, 92, 93, 159, 185, 211].

В ходе анализа, изложенного п. 1.1. и 1.2. мы также выяснили, что многие классики Средневековья, Ренессанса и Просвещения отмечали, что именно религия является обладателем чрезвычайно эффективного инструментария по воздействию на нравственность и духовность личности во всех звеньях и сферах общественной жизни. Современными учеными главными элементами такого инструментария называются, в частности, специфические культовые действия, религиозные учреждения, которые направлены на формирование религиозного сознания.

Так что мы видим, что этот социокультурный регулятор обязательно должен стать составляющей внешней формы наказания и при этом заниматься развитием религиозного сознания – это процесс в том числе предусматривает безусловное соблюдение человеком соответствующих заповедей, приказов, нравственным высоконравственного характера.

В контексте вышеизложенного мы считаем, что современные европейские и, в частности, отечественные социокультурные реалии, связанные с доминированием в обществе христианской религии должны учитываться. Иными словами, по нашему мнению, религиозную звено европейской и, тем более, отечественной пенитенциарной формации должны составлять преимущественно традиционные христианские конфессии. При этом возможно также привлечение традиционных и неэкстремальных и неагрессивных конфессий других мировых религий (в частности буддизма и ислама), нормы которых совпадают или тождественны к философски определенного нравственного императива и не несут в любого деструктивного и жестокого идеологического направления [34].

Важность рассмотрения религии, гражданского общества и государственных (кроме институтов права) организаций как обязательных звеньев пенитенциарной системы также объясняется тем, что их влияние, в отличие от правового, постоянно сохраняет свое действие – в том числе и после выхода бывшей девиантного личности в социум . Такое действие, по нашему мнению, может обеспечиваться, в частности, активной деятельностью волонтеров, функционированием патронажных организаций, а также широкого спектра структур гражданского общества, центров трудоустройства и консалтинговой службы для бывших осужденных, которые в целом будут способствовать закреплению и активному применению достигнутых социально-желаемых нравственным личностных качеств [34].

Кроме этого, принимая во внимание определенные и детализированные выше принципы бытия наказания, мы видим, что внешняя его форма обязательно должна включать элементы и подструктуры, которые занимались целенаправленным воздействием на широкую общественность и общественное славу, которая, как мы видим из предыдущего анализа эмпирических данных, в современных государствах отмечается плюралистичность и неоднозначной о необходимости построения уголовной системы именно на философски определенной методологии.

Такими средствами, а также целыми подструктурами, обеспечивающих взаимовлияние в диаде “исправительная формация – общественная общественное мнение” могут быть специфические средства массовой информации. Обязательность их включения в состав исправительной социальной формации (пенитенциарной системы) объясняется тем, что сегодня СМИ предстают не только как передающая звено в механизмах внутренней политики, но и как создатель общественного мнения и, собственно, самой политики.

Особенно важными для нового социального института будут следующие качества средств массовой информации, которые лишний раз объясняют их важность в качестве составляющих развитой пенитенциарии:

– Публичность – неограниченное и надперсональне круг потребителей (респондентов) информации;

– Однонаправленность влияние коммутатора к реципиенту;

– Невозможность изменения ролей субъекта и объекта воздействия;

Кроме этого мы считаем, что в отношении пенитенциарной формации, специфические СМИ должны играть следующие функции:

– Разъяснение сущности института, его целей и методов, которыми он пользуется;

– Артикуляции желаемых общественных отношений (в частности, разъяснения желаемого общественного отношения к лицам, которые находятся в исправительных учреждениях, личности, которая попадает к социуму после получения соответствующих нравственным качествам и т.д.)

– Интеграции общественных отношений (помощь в нахождении и объединении единомышленников в структуры гражданского общества)

Мы также считаем, что кроме средств массовой информации, подобные функции должны играть общественные и государственные организации, мерами разъяснительного и просветительского направления популяризировали философское видение девиантного личности, принципиальную возможность ее исправления, философское толкование цели, содержания и формы наказания.

На основе вышеприведенного мы можем видеть, что внешней формой, в которой должен реализовываться указанный философский смысл наказания-исправление, является специфический социальный институт (пенитенциарная система), который, будучи целостной системой, должен объединять в себе деятельность социальных институтов права, морали и религии.

Исходя из этого внешняя форма бытия процесса исправления (наказание) должна включать, соответственно, государственные, гражданские и религиозные составляющие, которые будут влиять на нравственной сфере личности. При этом государство с помощью института права осуществлять формальную регуляцию личностного поведения путем присущих ему формальных механизмов и, в частности, механизмом принуждения. После осуществления принуждения – прекращение несправедливого, безнравственного и неправового воздействия девиантного личности на социум, государство, должен активно привлекать к воздействию на ее интеллектуальную и нравственного сферу неправовые – образовательные, культурные и другие структуры. Исключительно важным является тот факт, что государство должно создавать благоприятные условия для доступа и воздействия на личность религиозных организаций и гражданских структур, которые обладают мощным инструментарием исправительного воздействия.

Мы также считаем, что кроме специфических исправительных структур, которые должны обеспечивать деятельность мощных социальных регулятивов, исправительная система должна включать также подструктуры, благодаря которым она будет в спромози выступать в роли субъекта влияния на общественное опинию. Исключительную необходимость такого влияния, как мы видим, обосновывает проведенное выше исследование методологии наказания, а также социально-философский анализ современных эмпирических данных.

Итак, с позиций социальной философии, внешняя форма наказания, которая будет отвечать его внутренней форме, находит выражение в специфической системе исправительных институтов. При этом важно, что такая сложноорганизованного государственно-общественная система одновременно является субъектом и объектом взаимодействия с окружающим социумом.

Посилання на основну публікацію