Писательство – египетская интеллектуальная элита

В IV тыс. До н.э. в Египте появилось рисуночная письмо (идеограммы – знаки, воспроизводят целое понятие), на смену ему пришло иероглифическое (рис. 33). Позже сложился алфавит из 24 согласных букв (гласные звуки в египетском письме не передавались). Египетские иероглифы повлияли на создание финикийского алфавита, который стал прототипом греческого, латинского. Материалом для письма служили папирус, каменные плиты (рис. 34), деревянные доски.

Понятием “египетская литература” объединены совокупность не только собственно художественных произведений, но и всех текстов и фрагментов, наделенных определенными чертами художественности, которым присущ интерес к человеческой личности. К таким метахудожньому текстов, скажем, принадлежат автобиографические надписи египетских вельмож, царские надписи исторического характера, уже упоминавшиеся фрагменты из “Текстов пирамид”, гимны богам (Амону, Атону), дополнения к заупокойных ритуалов и т. В жанровом отношении древнеегипетские тексты весьма разнообразны, поэтому можем бегло выделить далеко не полный реестр их жанровых разновидностей:

1. Переработанные народные сказки (сказки папируса Весткар, “О двух братьях”, “О обреченного вельможу»).

2. Произведения с описанием реальных событий (сказания Синухета и Ун-Амона).

3. Исторические надписи царей и вельмож (биография В нет).

4. Религиозные тексты (гимны богам: «Гимн Атону»),

5. Философские произведения (“Песнь арфиста”, “Беседа разочарованного со своей душой»).

6. Мифологические сказания (борьба Гора и Сета).

7. Байки.

8. Любовная лирика.

9. Театральные мистерии и светские драмы.

10. Развесистая дидактическая литература в виде “поучений” (“Наставление Птахотепа»).

11. Заупокойная литература («Книга метрвих»),

В древнеегипетской литературе понятие авторства существовало преимущественно в области дидактической литературы сами египтяне, очевидно, считали поучительные произведения наиболее ценными и существенными, ведь уже в начале “поучений” стоят имена их авторов – реальных или фиктивных. Возможно, что иногда можно сомневаться в истинности авторства высоких должностных лиц тогдашней египетской властной иерархии, потому что иногда их имена вставлялись в назидание для того, чтобы придать тексту большого авторитета и общественного значения. В произведениях неповчального содержания имена авторов – большая редкость (автобиографические надписи, “Сказание Синухета”, отчет о путешествии Ун-Амона и др.), Большинство произведений хранит молчание о собственных авторов. В лучшем случае мы знаем имена писцов, переписывали эти тексты. Писарь в Египте – это мудрец. Писцы составляли интеллектуальную элиту общества и занимали привилегированные должности, а именно элита в Египте руководила административной и экономической деятельностью страны. Даже высокопоставленный вельможа всегда старался подчеркнуть свой статус квалифицированного писаря, это звание не гнушался и сам фараон. Рядом с дворцами фараонов существовал специальный институт “Дом жизни”. В нем писались и переписывались книги. В папирусе Анастасии говорится: “писарем. Заявленный он от всевозможных (физических) повинностей, защищен он от работы всякой. Лишенный он от мотыги и кирки”. Но в целом египтяне очень ценили даже анонимных творцов своей литературы. Так, папирус Британского музея Честер-Битти IV содержит прославление писарей с озвученным; на берегах Нила еще в конце II тыс. до н.э. мотивом “памятника нерукотворного”, фрагмент которого можно привести в переводе – Б. Стельмаха.

Автобиографические надписи вельмож представляли собой короткие записи на надгробиях и памятниках, которые сначала содержали короткие сведения о покойном – его имя, даты рождения и смерти, должность. Впоследствии надписи расширялись, и в чисто ритуальных частей надписей начали добавлять такие, которые могли бы возвеличить человека и довести ее уникальность. Благодаря этому надписи постепенно превратились в развернутые биографии, и некоторые из них стали настоящими художественными жемчужинами. Процесс такого преобразования свидетельствовал рост эстетических потребностей и духовных запросов египетского общества и доказал, что египтяне уже в конце Древнего Царства начали осознавать, что их земная поведение имеет значение для загробной жизни – в их обрядность рядом с ритуальномагичнимы принципами проникает принцип этический. Наличие этого принципа свидетельствует и дидактическая литература, благодаря которой сутки Древнего Царства в дальнейшем развитии Египта воспринималась как “возраст мудрых”.

Интересной достопримечательностью древнеегипетской обучающей литературы является дидактический произведение “Поучение Птахотепа”. Мы не знаем, в какой мере это произведение отражает реальную историческую действительность, но в поучении говорится, что Птахотеп, который называет себя визирем фараона V династии, постарел и просит царя назначить его преемником сына, Птахотепа-младшего. Он обещает наставить его на истинный путь и научить верно служить фараону. Приймаючии отставку старого вельможи, фараон замечает, что молодой сановник требует поучения, “ведь никто не рождается знающим”. Поучения и советы отца сыну очень конкретные, большинство из них вводится фразой “Если ты …” Дидактическая часть “Поучение” кажется современному читателю достаточно бессистемной. Рекомендации высокого качества чередуются с соображениями обыденными, а также с советами, продиктованными основном сугубо утилитарными потребностями. Тех древних времен Птахотеп считал необходимым для процветания в бюрократической среде порекомендовать:

– “Выгибает спину перед начальниками своими … и будет процветать жилище твое. <…> Когда не сгибается рука для приветствия, плохо это для того, кто таким образом противопоставил себя начальнику”.

– “Если ты находишься в прихожей царя залы, всегда веди себя в соответствии с рангом, в который тебя возвели первый день … Только царь выдвигает вперед, но не повисят тех, кому помогает другая рука”.

– “Если ты уважаемый человек и находишься за советника в своего обладателя, будь как можно сдержаннее. Молчи, это лучше, чем бессмысленные разговоры. Говори только тогда, когда осознал суть дела. Представитель на совете – мастер. Умное слово тяжелее любой труд ! ”

– “Скрывай свои мысли; контролируй свой рот. Если что-то скажешь существенное, самое подивятся умные люди, слушали тебя” Насколько прекрасно речуть его уста! ”

Мнение Птахотепа часто приобретает превосходства над бытовым жизненным практицизмом египтян, и он обращается к сыну с такими словами, достаточно странными в устах уважаемого сановника: “Не будь высокомерным через знание свое и не очень надейся на себя только через знания. Посоветуйся и с тем, кто знает, и с тем, кто не знает, – ведь умению нет предела, и нет мастера, понял абсолютно все. Скрытые высказывания странные плотнее от изумрудов ценных, но порой находим их в рабынь при жерновах ».

Из “Поучения Птахотепа” очевидно, что для него существует определенный идеал чиновника его времени, которому его сын должен соответствовать, поэтому должен быть образованным, мудрым и справедливым, не смеет пренебрегать общением с бесправной и угнетенными. Вот почему он дает сыну совет:

– “Если ты начальник, будь сдержанным, выслушивая слова посетителя: не оттолкни его, прежде чем он освободит душу от того, что он стремился сказать тебе”. Продолжение этого совета удивляет нас тонким законченным знанием человеческой души и человеческой психологии:

– “Человек, убитая горем, стремится излить свою душу даже больше, чем добиться благоприятного решения по собственному поводу”.

Идеал чиновника, согласно Птахотеп, предполагает и наличие такого качества, как порядочность:

– “Не наговоров никого, ни большого, ни малого: для ка это мерзко”.

– “Не рассказывают сплетни – даже не слушай их. Рассказывай, что видел, не слышал”.

Посилання на основну публікацію