Восстание Остряницы и «Ординация Войска Запорожского»

Дата и место
3-4 (13-14) июня – 28 июля 1638, Левобережная Украина, затем – местность в 15-20 км к югу от устья крошки Сула, вблизи поселка городского типа Градижск Глобинского района Полтавской области. «Ординация» принята сеймом в марте 1638 в Варшаве, 30 августа 1638 объявлена ​​казакам на совете в Киеве, окончательно принята 24 ноября 1638 в урочище Маслов Став.
Действующие лица
Войско Речи Посполитой: Николай Потоцкий; Станислав «Ревера» Потоцкий; Самойло Лащ; князь Иеремия Вишеневецький (1612-1651; герб «Корибут», с 1646 воевода русский, мощный магнат, один из самых выдающихся речепосполитского военачальников эпохи «золотого покоя» и Хмельницкой, безжалостный герой провальной для Речи Посполитой кампании 1648, Збараж, Берестечко , организатор колонизации Левобережной Украины, успешный администратор).
Казацкое войско: гетман Яков Остряница (Острянин ,? – 1641; герб «Тонач», полковник реестрового войска, участник Смоленской войны 1632-1634 гг. С Россией, с весны 1638 гетман нереестрового казачества, опытный полководец); полковник Карп Скидан (? -1638; впоследствии участвовал в восстании Павлюка и Остряницы, казнен); Дмитрий Гуня (? – После 1640; 1638 гетман, герой битвы под Жовнино и осады на Старице, последнее упоминание – руководил морским походом запорожцев и донцов против турок).
Предпосылки события
Запорожцы попытались взять реванш за проигранную кампанию 1637 Весной 1638 Войска Остряницы разделились на три части. Первая из них под руководством гетмана, продвигаясь по левому берегу Днепра, заняла Кременчуг и вернула на Хорол и Омельник. Запорожская флотилия во главе с Дмитрием Гуней поднялась Днепром и заняла переправы. Скидан с большим отрядом продвигался правым берегом Днепра и занял Чигирин. Ближайшая цель, которую перед собой поставили повстанцы, заключалась в уничтожении части коронного войска во главе с С. Потоцким, что стояло на Левобережье. С. Потоцкий, получив сведения о приближении Остряницы, двинулся ему навстречу.
Ход события
Остряница решил обороняться, отаборившись конце апреля в прекрасно укрепленном месте – под городком Голтва, там, где одноименная река впадает в Псел. Вскоре к Голтва подошел С. Потоцкий, который сначала блокировал войско Остряницы, а затем 25-26 апреля попытался взять замок штурмом. Это оказалось большой ошибкой речепосполитского военачальника: казаки отбили штурм, причем погиб почти весь многотысячный отряд реестровых Ильяша Караимовича, который должен был занять городов. Также полностью погиб отряд немецкой наемной пехоты, окруженный запорожцами. Потоцкому пришлось снять осаду и отступать в Лубны, чтобы не получить полное поражение. Фактически с 1630 запорожцы получили первую крупную победу над коронным войском.
Теперь восставшие контролировали большую часть Левобережья и могли развивать свой успех дальше – от известия о победе казаков начало разгораться серьезное восстание среди крестьян левобережных сел и слобод. Остряница попытался разбить Станислава Потоцкого окончательно, атаковав коронное войско под Лубны. Однако плохо подготовлен штурм польских позиций 6 мая закончился тяжелыми потерями для обеих сторон, ждали подкреплений. К Остряницы имели подойти донские казаки и войска сброшенная, к С. Потоцкого – хоругви его родственника, польского гетмана, и надворное войско князя Е. Вишневецкого, разъяренного тем, что в его владениях хозяйничали казаки. Князь Иеремия действовал молниеносно: он вместе с конницей Николая Потоцкого перехватил большой отряд главарей Путивльця, Мурки и Репки, которые шли на помощь Остряницы и разминулись с гетманом всего на несколько часов, и уничтожил его. Рассудительный Остряница выбрал, пожалуй, единственно правильное в той ситуации решение – снова попытался заложить прочный лагерь и заставить коронное войско штурмовать его, одновременно надеясь на распространение восстаний в тылу Потоцкого. Под угрозой захвата повстанцами был Киев – туда уже ворвались казаки и начали уничтожать плавсредства, и только неожиданная атака конницы Лаща заставила их отступить. В 20-х числах мая Остряница оставил лагерь у Лукомля, перешел на реку Снипорид (сегодня – Слепород), одновременно попытавшись окружить войска Потоцкого и Вишневецкого. Для этого сильный отряд полковника Сокирявого имел неожиданно захватить лошадей в лагере Потоцкого и занять столицу левобережных владений Вишневецкого – Лубны. Однако опытный запорожец Сокирявий случайно попал в плен к реестровых, а его войско, оставшись без предводителя, было разбито и частично уничтожено Вишневецким. На допросе Сокирявий рассказал, что Остряница разуверился в возможности победы и готовит отступление на земле Московского государства. Но на данный момент казацкий гетман, похоже, потерял контроль над своим разношерстным войском – рядовые повстанцы требовали идти вниз Сулой, в направлении Сечи, и на объединение с Скиданом.
Перед битвой под Лубнами Остряница имел до 12 тыс. Человек, значительную часть из которых составляли плохо вооруженные и обученные повстанцы, ведь многие реестровых к восстанию не присоединившихся. Станислав Потоцкий имел до 6 тыс. Человек коронного войска и магнатских отрядов. Впоследствии к речепосполитского лагеря прибыли подкрепления, от небольших отрядов (отряд Олизара – 150 человек) в солидных подкреплений – 2 тыс. Надворного войска Е. Вишневецкого (с 12 пушками). Учитывая то, что казачьи войска были разбиты в этой кампании по частям, даже численное преимущество в каждом конкретном бою (в частности, под Жовнино) могла быть как раз не на их стороне.
Остряница, который уже давно задумал отступать в сторону Ромен и далее через польско-московскую границу, был вынужден подчиниться воле войска. Это едва не стоило его армии полное поражение: каким бы быстрым ни был отступление Остряницы, 3 июня его настигла вражеская конница под Жовнино на Суле. Казаки не смогли уничтожить мост через Сулу, и в результате несколько хоругвей коронной конницы атаковали казаки на марше. В казацком лагере началась паника, которую, однако, удалось быстро прекратить. Коронная конница попала в окружение и почти была истреблена внутри казацкого лагеря – только настойчивость Иеремии Вишневецкого спасла часть хоругвей от гибели. Самое печальное, что на каком-то (скорее всего, раннем) этапе битвы гетман Остряница, считая битву проигранной, бежал из более чем тысячей конных казаков из лагеря, фактически оставив остальные на произвол судьбы. Его преследовали – казацкий лагерь сомкнул ряды телег, старшины Кудра, Пешта и Дмитрий Гуня взяли на себя нелегкую задачу его обороны. Гуни удалось быстро ликвидировать вражеский прорыв, окружить и даже частично уничтожить нападавших; только сверхусилия князя Е. Вишневецкого, который бросил все свои войска на штурм казацкого лагеря, позволили С. Потоцкому и части его конницы спастись. Однако вслед за конной группой С. Потоцкого и Вишневецким шел сам коронный гетман, и Гуня решил отступить из-под Жовнина на прочные позиции. В чрезвычайно сложных условиях – обстрела вражеской артиллерией и частых попыток штурма – казаки построили мост через Сулу и ночью с 11 на 12 июня 1638 успешно переправились. В двух милях от старого лагеря, почти у места впадения Сулы в Днепр, в урочище Старец казаки заложили новый постоянный лагерь, воспользовавшись старыми валами – буквально за несколько часов их дополнили рвом, частоколом из дубовых свай, «волчьими ямами», окопами для стрелков и т.д. . С двух сторон лагерь прикрывали Днепр и Сула, с третьей – болота. К тому же к казакам подошло подкрепление – несколько тысяч людей сброшенная пробились в лагерь Гуни. Казацкий лагерь оказался не по зубам Потоцкому с его усталым войском, в котором пехота уже понесла большие потери в ходе кампании и почти не было саперов. Польный гетман начал осаду, которая продолжалась с середины июня до 28 июля. Ни обстрел из пушек, ни штурмы (мощный состоялся 4 июля), ни голод, начавшийся в казацком лагере, долго не могли заставить казаков сдаться. От проблем с поставками страдало и коронное войско, в обозе которого было много раненых. Переговоры Гуни с Николаем Потоцким были безрезультатными, ведь речепосполитского польный гетман ставил очень тяжелые условия, а казаки стремились хотя бы вернуть довоенный статус-кво. И казаки, и коронные солдаты проявляли огромное мужество и невиданную стойкость. Восставшие использовали очень широкий арсенал военных хитростей и тактических приемов. Гетман Гуня в одной из многочисленных вылазок лично повел своих людей вперед под собственным бунчуком, по которому открыла огонь артиллерия Потоцкого. Погиб казацкий хорунжий, и бесстрашный Гуня сам понес бунчук в бой. В ответ на такую ​​«недостойном» поведение казацкие пушки дали залп по ставке польского гетмана. 4 июля погибла последняя надежда казаков на затягивание кампании – в лагерь не смог провести транспорт с провиантом полковник Филоненко (он пробивался с боем и сумел привести только несколько воинов с двухдневным запасом продуктов). Однако и после этого казаки держались еще более трех недель. В конце концов снова начались переговоры.
Последствия происшествия
Казаки понесли тяжелые потери – их погибло как минимум несколько тысяч в составе основного войска, были истреблены несколько меньших отрядов. Немалыми были потери и в коронного войска. Казаки получили право выхода из лагеря на тяжелых условиях – они признавали «Ординацию», однако Потоцкому не издавалась мятежная старшина, всем повстанцам провозглашалась амнистия, хотя крестьяне должны были вернуться к своим господам, а мещане – в города.
Суть «Ординации» заключалась в том, что было отменено выборность казацкой старшины и ликвидирован казацкий суд. Казацкий реестр уменьшался до 6 тыс. Человек (6 полков по тысяче казаков в каждом). В реестр вносили только тех казаков, которые не участвовали в восстании. Только сотники и атаманы могли избираться из казаков, которые имели заслуги перед Речью Посполитой. Все исключены из реестра должны были вернуться в прежнее состояние. Вместо гетмана назначали старшего комиссара казацкого войска, подчинялся непосредственно коронному гетману. Ему отдавалось вся военная и судебная власть в реестре и поручалось решительно подавлять любое «своевильство казацкое». Резиденцией комиссара был город Трахтемиров. Должности полковников и есаулов также должны были занимать исключительно шляхтичи. Казакам разрешалось жить только в королевских имениях Черкасского, Корсунского и Каневского старосте. Мещанам и крестьянам казачество запрещалось под страхом смертной казни. На Сечи для контроля имели постоянно находиться два полка реестровых. На Запорожье казак официально мог попасть только при наличии паспорта, утвержденного комиссаром. «Ординация» предусматривала восстановление разрушенного 1635 И. Сулимой Кодака и разместить в нем сильный гарнизон. Комиссаром реестра предназначался шляхтич П. Комаровский, военными есаулами – Л. Бубновский и И. Караимович. Наконец в Речи Посполитой воцарился такой обманчивый «золотой покой» …
Историческая память
События частично отражены в художественной исторической прозе (романы И. Нечуй-Левицкого, М. Старицкого и т.д.). Вынужденный переход Остряницы в Московию в советское время использовался как иллюстрация к тезису о «извечное стремление Украинская воссоединиться со старшим братом», сами события последней перед Хмельнитчиной казацкой войны рассматривались как антифеодальная и национально-освободительная борьба без учета огромную украинскую составляющую часть коронного войска . «Ординация» относительно хорошо известна в Украине благодаря школьному курсу истории.

Посилання на основну публікацію