Почему возник миф о «царском подарке» Никиты Хрущева?

Во время аннексии Крыма украинские телеканалы всесторонне освещали события на полуострове. В память врезалась фигура женщины явно интеллектуального вида, которая нервно, с большим эмоциональным напряжением кричала тележурналисту: «Не хочу быть хрущёвском подарком!». Что же, остается констатировать, что очень часто поведение людей определяют исторические мифы. Мы надолго потеряли Крым, потому что два десятилетия не обращали на него внимания.

Указ Президиума Верховного Совета СССР от 19 февраля и закон от 26 апреля 1954 о передаче Крымской области в состав УССР вызваны низкой причин, прежде всего экономических и идеологических. Можно дискутировать, какая из них более важна, а какая играла второстепенную роль. И при всех условиях тезис о «царский подарок» Хрущева Украине переводит разговор в совершенно другой плоскости. Объективные причины, которыми руководствовалась государственная власть, выводятся из дискуссии. Зато на первый план выдвигается воля первого секретаря ЦК КПСС, который, мол, распорядился сделать так, а не иначе.

Собственно, воли, проявленной коммунистическими вождями, вполне хватало, чтобы советский парламент принимал нужные им законодательные акты. Хрущев, когда он стал таким вождем, всегда добивался от компартийно-советского руководства согласия на осуществление реформ, которые считал необходимыми. Под давлением этого энергичного реформатора партийные съезды или пленумы ЦК КПСС высказывались даже за те новации, которые существенно ущемляли интересы господствующей номенклатуры. Природа коммунистического государства была такой, что человек на вершине властной пирамиды могла навязывать свою волю партии, государству, стране.

И в концепции «царского подарка» есть скрытый подтекст, благодаря чему она и родилась. Хрущев не удосужился, подобно своему предшественнику Сталину, безнаказанно игнорировать волю и интересы номенклатуры, так как не хотел, да и не мог использовать массовые репрессии как метод государственного управления. Поэтому ближайшее окружение оказалось способным средствами заговора устранить его от власти. Первого секретаря ЦК обвинили в волюнтаризме и отменили те реформы, с которыми номенклатура не соглашалась. Почему бы не поставить под сомнение и передачу Крыма?

Первые очертания концепции «царского подарка» проявились уже во второй половине 1950-х гг. Московская компартийно-советская номенклатура была недовольна тем, что Хрущев опирался прежде всего на украинском кадры и почти наполовину обновил состав президиума ЦК КПСС за счет людей, с которыми сработался с десятилетний период пребывания в Киеве. «Ревность» в Украину, попытки представить Хрущева как своеобразного «агента влияния» УССР в Москве проявлялись уже тогда. Однако такое недовольство имело клановую природу. Передача «всесоюзной здравницы» Украина не воспринималась московским господствующим кланом как территориальная потеря. В прессе эта акция интерпретировалась как один из ярких доказательств «вековечной дружбы» двух «братских» народов.

После 1991 г.. Передача Крыма Украине начала означать отпадение этой территории от России. Трактовки указа от 19 февраля и закона от 26 апреля 1954 как проявлений «волюнтаризма» Хрущева давало в этих условиях моральное право требовать возврата полуострова даже при очевидной для всех отсутствии правовых оснований.

В постсоветской российской историографии такая трактовка было наиболее распространенным, практически официальным, но не сплошным. Проанализируем, как описывалась это событие в коллективной монографии «Политическая история: Россия – СССР – Российская Федерация», вышедшая в Москве 1996 г .: «В шуме целинной кампании, которая началась как-то не очень громко прозвучал опубликованный 27 февраля 1954 недельной давности указ, утверждавший постановление президиумов Верховных Советов РСФСР и УССР о передаче Крыма из российского подчинения в украинское – как своеобразный «подарок» к 300-летнему юбилею «воссоединения» Украины с Россией ».

Обращает на себя внимание взятие в кавычки двух ключевых слов: подарок и воссоединение. Лапки сигнализируют, что авторы отнеслись с иронией к содержанию, который вкладывался в оба понятия. Если кавычки в слове «воссоединение» означали явную отстраненность от советской идеологемы (впрочем, вполне понятную в год выхода этой монографии), то такие же кавычки в слове «подарок» указывали уже на отстраненность от идеологемы, возникшая в постсоветской России. Указ от 19 февраля 1954 не содержал в себе никаких увязок с юбилеем Переяславской рады, и опубликован он был лишь через неделю после подписания, как справедливо отмечали авторы монографии.

«Подарочная концепция» пережила критический для нее 1999-й год, когда было введено в действие российско-украинскую договор с взаимным признанием существующих государственных границ. В первом квартале 2004 г.., Когда отмечались 350-летие Переяславской рады и 50-летия вхождения Крыма в состав Украины, эта концепция стала популярной в российской прессе.

В частности, известный журналист А. Друзенко, который подготовил для первого в 2004 номера «Литературной газеты» материал под названием «Потерянное братство», писал: «Хорошо помню, с каким размахом праздновали 300-летие этого исторического события … к этой дате было приурочено и щедрый подарок Никиты Хрущева: именно в год 300-летия в состав Украины передали Крым ». Из текста статьи следовало, что вместе с потерянным братством терялась территория.

Мне не приходилось читать в украинской прессе ностальгических жалоб по потере Украиной Приднестровья, к чему тоже был причастен Хрущев. Напротив, незнание проблемы этой территории нашей общественностью, включая государственных служащих, имеющих полномочия предоставлять украинское гражданство, просто-таки впечатляюще. Института истории Украины НАН Украины постоянно приходится выдавать справки о том, что все, кто родился на левом берегу Днестра до 1940 г.., Является украинскими гражданами по признаку рождения. Напротив, ностальгические жалобы по поводу потери Крыма были распространены в российской прессе.

Как реагировали украинские журналисты и историки на «подарочную концепцию», царившей в российских и некоторых украинских русскоязычных изданиях? Они вполне справедливо указывали на то, что эта кампания не имеет ничего общего с реальной действительностью. В 1954 г.. Хрущев ничего не мог дарить от собственного имени. Он еще не был тогда тем Хрущевым, который отложился в нашей памяти.

Действительно, в 1954 Н. Хрущев был одним из девяти членов президиума ЦК КПСС, которая пришла к власти после смерти Сталина. Десятый, то есть Л. Берия, который хотел немедленно стать вождем, опираясь на органы государственной безопасности, был уничтожен этими девятью еще в 1953

Президиумом назывался руководящий орган ЦК в период между хих и XXIII съездами КПСС. Раньше и позже он имел другую, более известную среди неспециалистов название – политбюро ЦК. Будучи с сентября 1953 первым секретарем ЦК, Хрущев имел в коллективном руководстве, где вопросы решались большинством голосов, довольно-таки весомые позиции. Однако не менее влиянием в компартийно-советском аппарате и среди населения страны пользовался Г. Маленков, который контролировал правительство. А К. Ворошилова и В. Молотова подавляющее большинство советских людей воспринимала как вождей второго (после Сталина) плана со времен собственного детства. Каждый из них имел в 1954 30-летний стаж пребывания в политбюро ЦК.

Только с июля 1957, то есть после поражения так называемой «антипартийной группы», когда из президиума ЦК были выведены пять противников первого секретаря и введены восемь его сторонников, Хрущева можно считать «вождем» в компартийно-советском понимании этого термина .

Отсутствие в Хрущева полномочий вождя до 1957 г.. Не мешала ему проявлять инициативу в различных сферах государственной деятельности. Собственно, ликвидация ГУЛАГа и осуществления активной социальной политики обеспечили ему победу над соперниками в президиуме ЦК. Передача Крыма в состав УССР – это тоже его инициатива, одобренная коллективным руководством в КПСС, которое существовало с 1953 по 1957 Какие причины побудили других членов президиума ЦК поддержать Хрущева?

В литературе постсоветского времени, в том числе популярной, совершенно верно подчеркиваются экономические аспекты такого решения. Однако мы уже привыкли к ситуации, возникшей в 1991 году., И поэтому переносим в советскую действительность современные реалии. Один из сторонников экономической концепции присоединения Крыма к Украине недавно вполне убежденно написал: «Даже находясь в составе РСФСР, Крымская область оставалась в экономическом пространстве Украины». Что здесь верно, что неправильно?

Правильное то, что Крымом как объектом управления удобнее управлять из Киева, а не из Москвы. В экономической жизни территория является объективным фактором. Научно обоснованное районирование, которое принимает во внимание этот фактор, способствующий целесообразном размещению производительных сил и повышению эффективности производства.

Неправильное само представление о «экономическое пространство», когда речь заходит о компартийно-советской системе управления. Еще в годы первых пятилеток было построено так называемый «единый народнохозяйственный комплекс» с жестко централизованным управлением. Крупные предприятия независимо от республики, в которой они находились, подчинялись министерствам и ведомствам в Москве. В такой системе не могло существовать отдельного «экономического пространства» Украины или России. Именно поэтому передача Крыма УССР была невозможной для Москвы в 1921 г.., Когда на полуострове возникла территориальная автономия в составе Российской Федерации. В то время еще не существовало централизованного управления народным хозяйством.

В 1954 г.. Передача полуострова стала возможной. Крым переходил в подчинение Киеву так же относительно, как подчинялась этом субцентра власти вся Украина. Это можно проиллюстрировать на примере крымских научных учреждений. Когда АН УССР поинтересовалась в президиуме АН СССР, учреждения переходят в ее распоряжение, то оказалось, что почти вся материальная база науки оставалась в ведении Москвы. Только в 1961 году. АН УССР получила Севастопольскую биологическую станцию, впоследствии преобразованную в Институт южных морей им. О. Ковалевского, а также Морской гидрофизический институт. Научные объекты мирового уровня, в частности Никитский ботанический сад и Крымская астрономическая обсерватория, оставались в распоряжении Москвы в 1991

В полемическом запале некоторые публицисты объясняли передачу Крыма Украине только «жесткой экономической необходимостью» и отрицали наличие идеологической составляющей в этом акте. Аргумент один: в документах о передаче не упоминается о 300-летия Переяславской рады, к которому якобы этот «подарок» был приурочен.

Так, в помине нет. Это не означало, однако, что инициаторы названных законодательных актов не хотели использовать изменение границ в пользу Украины в пропагандистских целях.

Известно, что Н. Хрущев обращался к И. Сталину с предложением отметить 290-летный юбилей Переяславской рады в 1944 году. Вождь согласился учредить боевой орден Богдана Хмельницкого, но инициативы по сомнительным юбилеем не поддержал. Но после его смерти Н. Хрущеву уже никто не мог помешать привлечь внимание советских людей к «воссоединению» двух народов в 1654 Тем более, что поступал настоящий, 300-летный юбилей Переяславской рады.

Пропагандистская кампания начала готовиться сразу после ареста Л. Берии. На июльском (1953) пленуме ЦК КПСС, который рассматривал его дело, выступил первый секретарь Львовского обкома Компартии Украины С. Сердюк. В драматической рассказы о том, как его преследовали «лубянский маршал» и его приспешники в УССР, докладчик все-таки нашел место для такого заявления: «Мы стоим накануне исторического события – трехсотлетия воссоединения двух великих народов – русского и украинского» . Тогда к юбилею оставалось полгода.

Стоит обратить внимание на то, как З.Сердюк позволил себе назвать украинский народ: большим! Позволил себе, потому что ему позволили. Ранее в коммунистической новом такого определения не было (разве что в самый критический период войны с нацистской Германией). Преемники Сталина понимали, что с прекращением массовых репрессий в них остается единственная возможность удержать украинский народ в границах советской империи: убедить его в том, как ему хорошо «под звездой Советской власти». С потерей террористического фактора, «железом и кровью» цементировал единство многонационального государства, стократ росла значимость пропагандистского фактора.

Восточные мудрецы говорили: сколько бы раз не повторять слово «халва», во рту не станет сладко. Помня это, Хрущев выдвинул идею передачи Крыма Украине и постарался обратить целесообразную под экономическим углом зрения акцию в подсластителей пропагандистскую упаковку: старшая сестра передает младшей частичку себя.

В ленинско-сталинские времена «старшая сестра» слишком ревностно относилась к размерам «младшей», а потому иногда видкраювала территорию с большинством украинского населения в свою пользу или в пользу Белоруссии и Молдавии. Украина росла территориально только за счет собственных этнических земель, которые находились в границах других стран. Этническая принадлежность этих территорий украинскому народу была в таких случаях достаточным основанием для территориального расширения СССР за счет соседних государств.

В 1954 г.. Первый и последний раз Украина увеличила свою территорию за счет России. В указе Президиума Верховного Совета о передаче Крыма фигурировала только экономическая целесообразность: «Общность экономики, территориальная близость и тесные хозяйственные и культурные связи». Никаких других аргументов, как это понятно, в тексте этого документа быть не могло. А вот из того, что подобные аргументы учитывались в отношениях между союзными республиками, можно было воспользоваться пропагандистам.

Поэтому кампания по празднованию 300-летия Переяславской рады, которое приходилось на один день – 18 января 1954, растянулась на целых полгода. Пиковые нагрузки этого пропагандистского шоу было связано с принятием закона Верховного Совета СССР от 26 апреля 1954 о передаче Крыма УССР.

...
ПОДІЛИТИСЯ: