Какими были последствия красного террора в Крыму 1920-1921

После овладения крымскими перешейками командующий Южного фронта красных Михаил Фрунзе обратился по радио к командующему белогвардейской армией Петра Врангеля с предложением сдаться в течение суток. «Всем бойцам Крымской армии, – отмечал он, – гарантируется жизнь и желающим – свободный выезд за границу … Каждому, кто сложит оружие, будет предоставлена возможность искупить свою вину перед народом честным трудом». Одновременно в приказе по фронту М. Фрунзе объявил, что Красная армия не хочет мести, а бойцов призвал «щадить тех, кто сдается в плен». Однако последующие события развивались совсем по другому сценарию. Узнав о предложении, что ее М. Фрунзе сделал П. Врангелю, Ленин вспылил: «… Крайне удивлен непомерной уступчивостью условий … Если враг не примет этих условий, то, по-моему, нельзя больше повторять их, надо расправиться беспощадно ».

13 ноября М. Фрунзе приказал войскам Южного фронта до 20 ноября окончательно завладеть всей территорией полуострова. В тот же день 2-я Конная армия и махновцы захватили Симферополь. Потеряв перекопские укрепления, белые практически прекратили сопротивление. Остатки их армии спешно грузились на корабли в крымских портах и отправлялись в Турцию. 16 ноября М. Фрунзетелеграфував В. Ленину: «Сегодня наша конница заняла Керчь. Южный фронт ликвидирован ».

Советская историография обычно подавала эту телеграмму как последнюю точку в течении гражданской войны. На самом деле Крымская операция имела другое, страшное, завершение. По приказу В. Ленина после захвата Крыма здесь развернулась широкомасштабная карательная операция. Было создано чрезвычайные органы власти, прежде всего Крымский революционный комитет (Крымревком), который возглавил этнический венгр Бела Кун. Важной фигурой в новой власти была Розалия Землячка (Залкинд) – секретарь Крымского комитета РКП (б). Именно они стали главными проводниками ленинской идеи беспощадной расправы.

На выходах из Крыма было развернута сеть этапных пунктов, перед которыми отнеслось задачи фильтрации всех граждан, которые пытались покинуть территорию полуострова. Бюллетени особого отдела 4-й армии красных рисуют впечатляющую картину дикого охоту за бывшими врангелевцами, а также тем мирным населением, которое переехало в Крым с материковой части в надежде найти здесь мир и покой. Таких были десятки, если не сотни тысяч. Для их выявления чекисты занимались агентурной работой, использовали бывшее большевистское подполье, информаторов и доносчиков. Всем бывшим военнослужащим врангелевской армии было приказано явиться для регистрации. Тех, кто выполнил это распоряжение, бросили в тюрьмы и чрезвычаек, а затем расстреляли. В упомянутом выше бюллетене сообщалось о расстреле с 7 по 15 декабря 1920 318 врангеливцев. В Феодосии военнопленных расстреливали из пулеметов партиями от 100 до 300 чел., А трупы сбрасывали в овраги на мысе Святого Ильи. Впечатления о расстрелах можно составить по возведению военно-цензурного отделения особого отдела 4-й армии, которая занималась перлюстрацией частной переписки. Приведем несколько фрагментов писем, изъятых цензурой. «Во время решающих боев за взятие Сиваша, а затем Крыму наши функции трибунала были самые отчаянные: пачками расстреливали белогвардейцев, судили своих. И сколько жертв, страданий. Об этом можно рассказывать на протяжении долгих бесед », – писал следователь ревтрибунала 3-й дивизии. «Здесь тысячи и десятки тысяч людей расстреливают, – сообщал из Ялты 4 декабря 1920 неизвестный отправитель. – Достаточно для смертной казни слова «дворянин» (не говоря – офицер, солдат, их, умирающих, поднимают с лазаретов и выводят в леса, где убивают без разбора). Приезд после 1918 гг. – Уже преступление, образование – преступление. Все, все может быть основанием, чтобы тебя ночью схватили и повели в чрезвычайку. Утром родным выдают часть одежды, которая не подлежит реквизиции (часть остается), врачей, инженеров – всех косят. Спасите людей – это не суды, это не поиски контрреволюции, это уничтожение культурных сил страны ». Даже в марте 1921 г.. Из Симферополя сообщали: «[…] очень много расстрелов, мы ходим смотреть на расстрелянных в овраги, некоторых собаки обглодали, а их так и не убирают». Людей знищквалы без суда и следствия по спискам, которые едва успевали составить. Причиной расстрела могла стать военная служба, социальное происхождение, профессия, смена места жительства по. В книге Л. Абраменко «Последняя обитель: Крым 1920-1921 годы» приводятся десятки расстрельных списков, автору, бывшему прокурору удалось разыскать в архивах. В них тысячи фамилий и уничтоженных судеб. Современные исследователи склоняются к мнению, что красный террор в Крыму унес жизни 96 тыс. Человек.

...
ПОДІЛИТИСЯ: